Любите девушки простых романтиков…

«Хроники упоротого романтика» — достаточно откровенная, местами даже провокационная повесть, главный герой которой пытается обрести себя через женщин, через эротический дискурс. История развивается в восьми главах с эпилогом. Каждая глава — это углубление и расширение рассказа о внутренних переживаниях героя. И все терзания связаны лишь с женщинами и девушками — либо совсем мимолётными, либо пришедшими в жизнь героя на некоторое время. Но никогда — навсегда (хорошая получилась игра слов).

Сразу отмечу живой, лишённый «литературщины» язык. Слова вроде «кирять», «упоротый» или «партизанить» создают атмосферу присутствия читателя в бытовом разговоре на лестничной площадке, автору начинаешь доверять, верить в реалистичность и интенсивность прожитого опыта. Отдельно скажу и о методе подачи материала. Автор обращается к себе в прошлом из настоящего:

«Теперь ты таскался за ней, как партизан, выискивая поводы приблизиться, поговорить». Или: «Ты всё же проводил её тем утром до общаги, и после долгой дороги вы расстались довольно хорошо…».

Интересный и весьма уместный приём: он создаёт временной парадокс, наводит на мысли — автор тогда и сейчас — это разные люди? Насколько сильно он изменился, подвергает ли критике или сомнению своё прошлое поведение с девушками? Мой вывод: скорее — да, подвергает.

Образы девушек пёстрые, среди его избранниц нет какого-то определённого типажа или ценза, скажем, по роду деятельности, достатку. Через жизнь и постель героя проходят скромная староста Нина, девушка с тяжёлым неврозом Катя, или, например, яркая казашка Жанар, чье взросление в далёком ауле резко контрастирует с нравами и жизнью в столице. Или взять Оксану. Она стала настоящим испытанием для героя, так как появилась в его жизни «с придатком» — с дочкой.

В повести достаточно ярко и открыто описаны сексуальные сцены, однако автор этим не ограничивается, делая попытки исследовать психологию, страхи и комплексы своих героинь, как и свои собственные. Он испытывает чувство вины после близости с девушкой, которая была к этому не готова. Размышляет о себе, как о «временном источнике тепла» для Светы, другой девушки. Рефлексирует о том, что его равнодушие к дочке Оксаны стало основной причиной их разрыва.

История ведёт читателя через картины в духе «он, она и всё это между ними» неспешно, но динамично. При этом сохраняется внутренняя логика повествования, создавая арку героя от наивного студента МГУ до зрелого мужчины, который, спустя годы, переосмысливает прошедшие события. Здесь неизбежно повторюсь — обращение к себе самому из настоящего в прошлое — мощная находка, центр, движок нарратива.

В целом, тон произведения — исповедальный. Эта повесть точно личный дневник, хозяин которого совершенно не идеализирует себя, признавая ошибки и эгоистически-потребительское отношение к женщинам.

Стоит отметить присутствие в повести музыки: каждая глава заканчивается саундтреком к ней. Приём хороший — я сам им не раз пользовался. И, кстати, присутствующие в тексте треки выдают в авторе достаточно продвинутого меломана, глубоко погруженного в музыкальный контекст двадцатого века. Тут вам и The Knife, и Dead Can Dance, и мрачные романтики Joy Division, и многое другое.

Обращу внимание на некоторые… не то, чтобы недоработки, но факторы, могущие затруднить чтение для неискушенного читателя. Детализация эротических сцен — это может отпугнуть часть аудитории. Далее. Односторонность мужского взгляда. Иногда женщины выглядят в тексте, как функции, а не живые люди. Не все — но многие из них. Кроме того, в некоторых главах авторская позиция становится излишне циничной. И хотя Кранецкий не скрывает, что относился к женщинам «через одно место», но некоторые читательницы могут и возмутиться — опять же, проходил это на собственном опыте. На этом, пожалуй, всё. В конце концов, Чарльз Буковски довёл примерно такой же способ изложения материала до абсурда и гротеска, при этом стал классиком.

Подытожим. «Хроники» — смелое, яркое произведение о поиске себя через отношения с противоположным полом. Сплетение психологизма, эротизма, несерьезного отношения к себе, социальной сатиры, упакованных в жанр дневниковой мемуаристики — вот совокупная изюминка повести.

Роман Богословский: личная страница.

Северин Кранецкий. Родился в Москве в Главном здании МГУ в семье студентов-физиков. Жил в Подмосковье. Учился на физфаке МГУ. Работал инженером в кардиохирургии. Уехал в Израиль еще из СССР. Работал в медицинском хайтеке. Женат третьим браком, двое детей, трое внуков.